Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
15:06 

Дао драматургии в приложении к ОЭ, часть 5

Запасной аэродромчик
Scit quid perdit
Ну вот мы поговорили о разрыве, мы многое сказали о нем, но не сказали главного: разрыв должен быть закрыт. Не потому что так сказал великий Мао, а потому что таково свойство человеческой психики: люди жаждут завершения ситуации, когда ситуация подвисает, не завершаясь, человек начинает страдать, даже если это ситуация в целом приятная. Представьте себе, что интересный вам представитель противоположного пола всячески интригует и заигрывает с вами, но от решительного объяснения уклоняется. В конечном счете вы поссоритесь, чтобы завершить ситуацию хоть как-то: без разрешения она становится мучительной.

На этом построены все без исключения сериалы: создатели разрешают одну ситуацию и тут же создают новый "разрыв", чтобы аудитория предвкушала продолжение, где ситуация будет разрешена.

Но некоторые авторы считают, что напрягаться, закрывая разрыв, не надо. Если разрыв и есть то, что создает напряжение, то нужно просто плодить все новые и новые разрывы, не спеша их закрывать.

Подход может показаться кому-то новаторским, но еще в старину он был отмечен как плохой способ удержать внимание аудитории. Он работает в небольшом формате - экспериментальный театр, короткометражное кино, экспериментальная же проза.

По законам драмы сюжетный акт строится так: возникает разрыв, разрыв порождает изменение к лучшему или к худшему, изменение вызывает конфликт, конфликт вызывает столкновение, в ходе столкновения ситуация разрешается. Структура акта не потому такова, что такой ей велел быть великий Мао, а потому что ситуация и в жизни развивается примерно так. Только в жизни акт может быть растянут во времени и размыт, а в искусстве он сконцентрирован на небольшом пространстве текста/времени действия, потому что аудитория не может ждать два-три дня, чтобы конфликт длился "как в жизни".

Если автор на этом хочет завершить повествование (рассказ, маленькая повесть, одноактная пьеса, короткометражный фильм, анекдот), то на этом все. Если же автор хочет продолжать, то конфликт не завершается, а выходит на новый уровень.

Вася Векшин убит (разрыв), банда "Черная кошка" остается неуловимой и безнаказанной (зритель эмоционально задет: как же так? Неужели бандиты уйдут от ответа?). В послевоенной Москве люди то и дело совершают преступления: голод, дефицит, неразбериха и послепобедная эйфория толкают под руку гораздо большее количество народу, чем раньше. Следователи вынуждены оставить дело "Черной кошки" на время, чтобы заняться не менее насущными делами. Среди этих дел - убийство Ларисы Груздевой. Опытному оперативнику Жеглову "все ясно": убийство совершил муж Ларисы, застав жену с любовником. Но молодой и наивный Шарапов верит Груздеву, который отчаянно доказывает свою невиновность (разрыв! аудитория заинтригована: неужели наивный Шарапов прав, а опытный Жеглов ошибся?) Шарапов, видя, что помощи от Жеглова не будет, на свой страх и риск берет расследование в свои руки. Жеглов, узнав об этом, требует, чтобы Шарапов прекратил тратить свое рабочее время на ерунду (конфликт! Аудитория заинтригована: Жеглов в самом деле болеет о рабочем времени Шарапова или видит в нем соперника?) Во время общегородской облавы у Маньки-Облигации находят браслет Груздевой. Жеглов вынужден частично отступиться от своей непоколебимой позиции, признать, что в деле мог быть замешан любовник Груздевой (конфликт между Жегловым и Шараповым разрешается). Идя по цепочке хозяев браслета (конфликт между Жегловым и Шараповым выходит на новый уровень из-за методов Жеглова), оперативники узнают о существовании Фокса (разрыв! Кто такой Фокс? Был ли он любовником Груздевой?). В доме Верки-модистки оставляют засаду, но Фокс ускользает, убив одного оперативника и запугав второго. Однако находится еще одно звено, ведущее к Фоксу: бандит по кличке Ручечник. Через его знакомую устраивают встречу с Фоксом в ресторане. Фокс таки попадает в засаду, и в ходе оперативных действий выясняется, что он и убил Груздеву (разрешение конфликта Груздев - Жеглов, причем окончательное). По ходу всплывают связи Фокса с "Черной кошкой". Действуя через любовницу Фокса, Шарапова хотят внедрить в банду. Повторяется ситуация с Васей Векшиным. Все в напряжении: Вася был опытный оперативник, но его разоблачили и убили. Шарапов новичок, опыт фронтового разведчика мало чем поможет ему. И все же Шарапов с Жегловым решаются на эту рискованную операцию. В ходе операции Шарапова похищают (разрыв!). У оперативников только один выход: действовать по первоначальному плану, надеясь, что Шарапов приведет банду в условленное место. Тем временем Шарапов на бандитской хате встречает своего военного подчиненного, разведчика Левченко. Тот может выдать его в любой момент (разрыв!). Что победит - верность законам блатного мира или фронтовое братство? Кем Левченко пожертвует - Шараповым или собой? От того, как разрешится внутренний конфликт Левченко, зависит разрешение всей драмы, и все внимание аудитории сосредоточено на этом эпизодическом персонаже. Левченко принимает решение не выдавать Шарапова. Оперативникам удается благодаря этому спасти Шарапова, но Левченко в ходе операции гибнет от пули Жеглова. И хотя фактически это было "самоубийство при помощи копа", Шарапов и Жеглов уже никогда не смогут остаться друзьями: Жеглов "стрелял в бандита", Шарапов потерял фронтового друга, спасшего ему жизнь. Их точки зрения на жизнь непримиримы, и хотя они оба отстаивают одни и те же ценности, выясняется, что ценность дружбы для Жеглова значит меньше, чем для Шарапова.

Ключевым для всего произведения является конфликт между Шараповым и Жегловым. Шарапов воплощает принцип человечности, Жеглов - принцип долга. Оба они служат закону и отстаивают порядок перед лицом нарастающего бандитизма - но для Шарапова первично то, что он защищает хороших людей, а для Жеглова - то, что он побеждает плохих. В фильме это выражено менее ярко (Высоцкий слишком любил своего героя), в книге более ярко (вплоть до морального уничтожения Жеглова в финале повести) - но для авторов книги приоритетна человечность. Общее разрешение всех сюжетных конфликтов раскрывает правоту Шарапова: если бы он не поверил Груздеву и не был готов отстаивать Груздева перед Жегловым, то мало того, что по делу Ларисы пошел бы под расстрел невиновный человек, но и банда осталась бы непойманной. Методы Жеглова эффектны, но в конечном счете он приумножает зло: даже морально и физически истерзанный товарищ не возбуждает в нем сострадания; правота для него приоритетней, ему важней доказать, что убитый Левченко заслуживал смерти, чем поддержать Шарапова, который отчаянно нуждается в поддержке. Аудитория, которая на протяжении всего повествования была, как и Шарапов, зачарована Жегловым, в финале склоняется на сторону Шарапова: он наделен всеми добродетелями Жеглова, но при этом еще и сердечен. Он лучше.

То есть, наряду с традиционными для детектива ценностями - порядок, законность, долг, интеллект - повесть "Эра милосердия" и сериал "Место встречи изменить нельзя" утверждают еще и ценность человечности, сострадательности, милосердия. Завязываясь как традиционный детектив, повествование выходит на уровень высокой трагедии в кульминации последнего акта, где происходит противостояние Шарапова и банды, где совершает свой выбор Левченко.

Выход конфликта на новый уровень - это не просто повторение конфликта в новых декорациях, это его усложнение и усиление. Предыдущая стадия конфликта не забывается и не отбрасывается - она входит в новую, более широкую орбиту конфликта. То, что начинается как конфликт желаний, продолжается как конфликт характеров и заканчивается как конфликт ценностей. Жеглов хочет закрыть дело и приняться за новое, Шарапов хочет получить ответы на возникшие вопросы - конфликт желаний. Для Жеглова важно утвердить свою правоту, ключевое слово "свою", для Шарапова - установить правду: конфликт характеров. Жеглов утверждает долг, Шарапов - человечность: конфликт ценностей.

Если конфликт желаний не перерастает в конфликт характеров и ценностей, мы остаемся на уровне дешевой развлекательной литературы низшего пошиба.

Теперь, после долгого и утомительного предисловия, вернемся к ОЭ. Сумела ли Камша перейти от конфликта желаний к конфликту характеров и ценностей?

Попытка налицо. Например, Альдо хочет трон, Алва хочет сохранить трон за Фердинандом, потому что иначе королевствовать потащат его самого... Стоп, где конфликт желаний? Алва ведь может уступить трон Альдо, и его желание будет удовлетворено. А вот нет, говорит Автор, Алва принес Фердинанду кровавую клятву, и если Алва не будет драться за Франциска до конца, то Кэналлоа кирдык от высших сил!

ОК, итак, у нас с оной стороны - Альдо хочет трон, с другой - Алва не хочет уступать ему трон. Конфликт желаний, отлично. Он переходит в конфликт характеров: Алдо хочет трон, потому что он властолюбивый жадный поц. Хорошо, допустим. Почему же Алва не хочет уступать ему трон? Потому что Алва боится за Кэналлоа? Как это характеризует Алву? То есть, я понимаю,что автор пытается нам продать: что это якобы характеризует Алву как человека ответственного, преданного долгу. Но все мы прекрасно знаем, что ответственным называется человек, который выполняет свой долг и без дополнительных стимулов в виде божественной молотилки над головой. А то и вопреки таким "стимулам". Когда же выясняется, что Алва считает себя проклятым, потому что его спас персонаж, принятый им за Леворукого, мы и вовсе офигеваем: получается, автор характеризует Алву как человека... суеверного? И в качестве ценности, утверждаемой в противовес алчности и властолюбию, фигурирует опять же суеверие? :lol:

Та же петрушка с любым другим конфликтом, какой ни возьми. Ну вот для затравки хотя бы Дик - Вальхен. Дик хочет самоутвердиться в глазах сверстника, это понятно? А чего хочет Вальхен? Какой смысл в его телодвижениях? Допустим, Дик честолюбив, слабоволен, тщеславен, лишен совести и не очень умен. Каков же Вальхен? Что именно в Дике резко возбуждает антагонизм с его стороны? Автор подводит нас к мысли, что этот антагонизм возбуждает предательство Дика по отношению к Алве. Вальхен сам ощущает к Алве благодарность за спасение жизни брата, он ищет способов вернуть этот долг, и, соответственно, Вальхен у нас получается благодарным парнем в противовес неблагодарному свину.
Но позвольте, Вальхен ведь задолжал по части благодарности не только Алве, но и Альдо: Манрики недовыпилили его вместе с семьей только потому, что сбежали, испугавшись наступающих войск Ракана. Причем Джастину спасение Алвой не помогло - дорогие родственнички Придда его все равно убили. А вот Вальхена не убили и не пустили по миру благодаря Альдо. Но Вальхен предает Альдо. Нет, о нем решительно нельзя сказать,что он благодарный молодой человек. Остается третья возможность: Вальхен посмотрел, что собой представляет Альдо как правитель, прикинул хрен носу и решил, что ему с Альдо не по пути. Тогда конфликт характеров обретает стройность: расчетливый и хитрый Вальхен испытывает неприязнь к порывистому недалекому Дику. Но тогда на уровне ценностей у нас противопоставляются... расчетливость и непосредственность? Причем в качестве позитивной ценности автор утверждает расчетливость?

Желающие могут поупражняться в том же духе над любым другим конфликтом в ОЭ

@темы: ОЭ

URL
Комментарии
2012-11-03 в 20:16 

Хо, а вот как раз расчетливость против непосредственности мне чрезвычайно понравилась. И это явно осознанно, потому что в прямом противопоставлении тут не только Валентин, но и, как минимум, Марсель - и тенденция вполне просматривается.
Соглашусь, впрочем, что тема явно недораскрыта.

2012-11-03 в 22:12 

Harvester Of Sorrow
Все говорят, что правды нет в ногах, но правды нет и выше...
наряду с традиционными для детектива ценностями - порядок, законность, долг, интеллект - повесть "Эра милосердия" и сериал "Место встречи изменить нельзя" утверждают еще и ценность человечности, сострадательности, милосердия. Завязываясь как традиционный детектив, повествование выходит на уровень высокой трагедии
Прекрасно! Вот так, между делом, еще и этот анализ дать! Склоняю голову. Но хочется еще добавить и свое, где-то когда-то, вроде, уже выданное - в фильме немеряная харизма Владимира Семеновича начисто заслоняет то, что в первоисточнике Жеглов персонаж скорее отрицательный, со своими принципами "Вор должен сидеть в тюрьме" (который так нравится обывателю, что практически никто не вспоминает продолжение - "И людей не волнует, каким способом я его туда упрячу") и "Наказаний без вины не бывает" (впрямую перекликающимся с сакраментальным "У нас ни за что не сажают").
расчетливый и хитрый Вальхен испытывает неприязнь к порывистому недалекому Дику. Но тогда на уровне ценностей у нас противопоставляются... расчетливость и непосредственность? Причем в качестве позитивной ценности автор утверждает расчетливость?
Еще один ППКС. По поводу Придда у мя были свои ИМХИ, озвученные некогда на дневе Эльвинг, но оно пока ни подтвердилось, ни опроверглось.

2012-11-13 в 21:32 

Clegane
попереду - холодна могила, а позаду - вороги лежать
Кстати, очень любопытно сравнение Жеглова и Грязного Гарри.
Детектив Каллахэн может убить преступника, нахамить начальнику и наорать на репортершу, которая спешит взять интерью у подружки убитого, но не обидит и не унизит. Даже своему толстому напарнику он искренне предлагает пончик и извиняется, когда слышит, что тот на диете. И перед репортершей тоже извинился, даже купил ей камеру взамен разбитой.

2013-10-31 в 11:29 

Мэйгри
просто ужик
Знаешь, ты абсолютный молодец.
Эти твои лекции реально мне очень сейчас помогают, когда я взялась писать свою книгу. :)
На самом деле, большое человеческое.

2014-10-10 в 23:27 

Alivis
Тролль. Друид. Овощ. Полное единение с природой.
Спасибо Вам большое за эту серию лекций.
Очень интересно было почитать, тем более на примерах, что поближе к телу))

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Логово украинского железнобрюха

главная